Кто такой галерист?

Картинная галерея

Галерея не художественный салон, в котором сразу выставляют картину на продажу, минуя приятное промедление ни к чему не обязывающего выставочного просмотра.

Но сам галерист – человек энергичный.

В коллекцию!

Галерист очень часто становится коллекционером, ведь эта страсть и одновременно вид бизнеса захватывают человека полностью: так, что сам он превращается в редкий экземпляр рода человеческого. Откуда это свойство – тяга собирать искусство?

В нашей стране коллекционирование ценных предметов известно уже едва ли не десять веков. Но в древнерусскую эпоху речь шла о стремлении человека владеть чем-то прекрасным, а не о персональном увлечении: это страсть, русскому духу изначально малопонятная. Ощутимой практической пользы она не приносит; люди завидуют коллекционеру; церковь вообще воспринимает его занятие как стяжательство – то есть как грех.

Европейский же человек и изыск – явления часто нераздельные. Поэтому свои психологические истоки профессия галериста берет, скорее, на Западе.
В допетровской России предметами изобразительного искусства интерьеры не украшали. Принято не было. В XVII в. распространились лишь иностранные гравюры – «фряжские листы», которые помещали в покоях кремлевских дворцов и боярских палат. Гравюры редко висели в рамах – чаще всего их просто наклеивали на стену. Культуры оформления гравюр не наблюдалось – как не было и особенного, одухотворенного отношения к ним. Они воспринимались как дорогая игрушка, лишенная каких-либо дополнительных впечатляющих моментов.

Немного позже, в XVIII веке, во дворцах и палатах стали появляться портреты, написанные иностранными мастерами, работавшими при дворе, а также «парсуны» – иконообразные портреты. Картинами украшались боярские дома, убранные на европейский лад – А. С. Матвеева, В. В. Голицына, Б. М. Хитрово; были они и в московской Немецкой слободе, в частности, в домах графа Лефорта и Виниуса.

Изобразительное искусство, в том числе живопись, начинают увлеченно собирать лишь при Петре I, создавшем картинную галерею в Большом Петергофском дворце и Монплезире. Правда, по характеру своему эти галереи напоминали, скорее, частные голландские коллекции, нежели дворцовые галереи европейских монархов. Но не суть: основы частного коллекционирования заложил именно этот правитель.

Так, с русским стремлением подражать Западу, и мы пришли к умению тратить состояния на искусство.

Даже… на будущее искусство.

Приятно располагать произведением художника с именем. Однако основатель знаменитой московской галереи Павел Михайлович Третьяков целенаправленно искал странные работы и выставлял – а потом все ахали: вот это да! Третьяков покупал работы у бедных, безвестных художников или давал им деньги на еду и краски, а потом выкупал готовые картины. Результат: мы считаем хрестоматийными авторами тех, кого он прославил. Этот важный момент в работе галериста – делать ставку на будущее имя, предугадывать популярность – сейчас, к сожалению, почти забыт.
При социализме коллекционирование в масштабах, привычных, скажем, для XIX века, было нереальным. Но тайные сторонники собирательства все равно трепетали пусть не от акварелей старых мастеров – зато от значков, спичечных коробков, магнитофонных бобин и редких марок.

Выставочный залВ разгар перестройки многие художники получали славу на волне гласности и повального снятия запретов, поскольку в течение долгого времени искусство СССР делилось на официальное и так называемое подпольное – подпольное должно было вновь открыться миру. К середине девяностых ошаление от снятия запретов поутихло, оставляя место искусству, актуальному долее, чем на ближайшие 5–10 лет. Новое российское искусство вызвало во всем мире интерес не меньший, чем классическое и традиционное. И нам вновь стало понятно, что, когда предметы искусства остаются по-прежнему в музеях – это лишь один путь. Другой, весьма занятный, вариант: их можно купить, чтобы затем, скажем, выгодно продать. Оказалось, что результаты творческого труда художников интересно собирать в коллекции, которые выгодно демонстрировать, проводить акции с их участием, возить их в другие страны – и вообще вести игру по правилам настоящего дела, а не хобби.

Где и чему учиться

Где развить свой художественный вкус до такой степени, чтобы зарабатывать на этом? Есть целое направление по изучению истории искусств. Оно интересно тем, что выросло из традиции гуманитарного образования ради общей культуры. Высшее образование появилось в России более трехсот лет назад. Уже первый российский вуз, Славяно-греко-латинскую академию, мы бы сочли отчетливо гуманитарным. Позднее Петр I высказывал мысль, что в вузах должны быть 4 факультета: юридический, медицинский, филологический и философский – гуманитарная составляющая продолжала преобладать. Действительно, в процессе обучения немало внимания уделялось общей культуре. А также – развитию способности воспринимать и оценивать предметы искусства.

Именно на факультет, где предстоит изучать историю искусств, и стоит поступать тому, кто видит себя галеристом.

Самыми популярными вузами, готовыми предоставить образование в данной сфере, сегодня являются Российская академия живописи, ваяния и зодчества (РАЖВИЗ) под чутким руководством Ильи Глазунова, МГУ со своей легендарной кафедрой искусствоведения, Высшая школа культурологии, Институт истории культур (бывший УНИК), МГУКИ, в котором довольно сильные факультеты менеджмента в искусстве, и прочие.

В любом институте, готовящем теоретиков искусства, непременно обучают европейским и древним мертвым языкам; студенты изучают эстетику, теорию культуры, античную и современную историю, литературу, театр, философию, социологию, риторику, прикладную культурологию, религиоведение, символизм в культуре, психологию, методики системного исследования, историю стилей.
Научиться понимать, любить и ценить искусство вполне можно на факультетах культурологии, истории искусства, музееведения и прочих. Но стать собственно галеристом – еще и благодаря практической смекалке и невероятной тяге к современному искусству: то есть в мере не меньшей, чем это принято выражать по отношению к классике с ее проверенным традиционализмом.

Современному галеристу не обойтись и без знаний в области менеджмента и экономики в сфере культуры – как организовать и провести выставку, осуществить грамотную рекламную кампанию, как выгодно продать или приобрести то или иное произведение искусства. В силу того, что для нашей страны эта профессия в ее новом формате пока не вполне прижилась, приобретать необходимые практические навыки часто приходится всё-таки не в вузе, а на деле. Так что будущему хозяину выставочного зала крайне важно разбираться не только в теории искусства, но и в тенденциях современного мирового и российского творчества, уметь оценить основные события в области перформансов, акций, выставок, ярмарок современного искусства, фестивалей видео- и фотоарта, антикварных салонов и аукционов.

Люди

КартиныПрежде Игорь Маркин увлекался собиранием редких фотоаппаратов. Сегодня это коллекционер искусства, пожалуй, номер один в России. Он так и говорит: «В России коллекционеры – это Щукин, Третьяков и я».
Маркин – настоящий галерист. Собирал и собирает свою коллекцию по всему миру – на Венецианской Биеннале, салоне «Арт-Москва», ярмарках искусств в Европе, всевозможных аукционах и пр. Огромная жизненная сила, чувство вкуса и способность улавливать тенденции – вот то, что определяет современного галериста и коллекционера, ярчайшим представителем типа которого и является Игорь Маркин.

Как работает галерист? Маркин говорит: «Я постоянно тренирую взгляд. Хожу и смотрю, подобно тому как некоторые люди читают книгу или смотрят кино. На “Арт-Базеле” я не купил ни одной картины, но езжу туда каждый год, хотя меня просто достал этот город, хожу в Помпиду, в другие музеи. Есть несколько принципов. Произведение должно быть мощное, визуально сильное, чистое. Простейший пример – квадрат Малевича. Бьет в одну точку, восхищает, запоминается. Второе: художник, взятый в коллекцию, должен быть уже состоявшимся, признанным в профессиональной среде. Вот тут как раз нужно общение, книги. До масс это доходит гораздо позже. Я не верю в художника, который просто мне понравился, но не признан профессионалами. Есть некий технократизм, принцип, позволяющий создавать хорошую коллекцию, а не вкусовщину. Ну и еще один принцип, фильтр, не позволяющий мне пойти по миру, – это то, что я собираю русских, советских. Иногда я просто знаю, что это хорошая вещь, и поэтому ее покупаю. Например, Турецкий. Ясно, что это очень крупный художник. Сначала покупаю, а потом уже убеждаюсь, что вещь хорошая – и такое не раз бывало. К своей коллекции я отношусь как менеджер – это ценное качество, оно мне не раз помогало. Кстати, о рынке: из переполненного рынка бизнеса, крайне конкурентного, 5 лет назад я попал на практически чистое поле арт-рынка. Я был не один, конечно, но я не чувствовал конкурентов никаких, делал, что хотел. Что хотел – покупал, искал. Сейчас ситуация сильно изменилась. Коллекционеры конкурируют за хорошие вещи. Если я сейчас продам свою коллекцию, опять собрать такую же будет невозможно».

Среди других известных и состоявшихся галеристов наших дней можно и нужно выделить Марата Гельмана, Айдан Салахову, Виктора Пинчука, Ольгу Свиблову. Есть еще несколько имен, но все их объединяет одно: неудержимая страсть к искусству плюс прошлое искусствоведа, критика или художника.

Галерист сегодня

Это, как правило, зрелый человек примерно 30–45 лет, говорящий на разных иностранных языках, прекрасно разбирающийся одновременно как в искусстве, так и в ведении дел и заключении договоров.

Он понимает и неприкаянный мир художника, и чисто социальные вопросы. Здесь хватка и парение в сферах духовных равноценны.

Сочетание подобных качеств редко – что, в общем, естественно; потому конкуренция мала, но жестка, и заслужить почетное звание галериста можно лишь упорным трудом, прекрасным эстетическим образованием и выработанным практикой в музеях и галереях вкусом. Развиваться индустрия галерей будет, вероятно, еще долго – во всем мире, в России тем более.
Галерист – это, скорее, не профессия даже, а некий путь, образ жизни, смысл и стиль ее.

Автор: Юлия Шералиева

Понравилось? Поделись: